(?)Каковы юридические основы для признания НКР стороной переговорного процесса?
(!)Референдум 1991 года вписывался в юридическое поле СССР. Как вы помните, существовал Закон о выходе союзной республики из состава Союза, в котором предусматривалось и отделение автономной республики или области. Именно этот референдум и сделал НКР юридической стороной конфликта. Как Вы помните, ООН принимала несколько резолюций по карабахскому конфликту. В них, кроме всего прочего, есть и положительный момент. Правда, смысл всех этих резолюций в том, что они, осуждая всякие действия локальных сил, предлагают выйти из занятых районов. Но на самом деле резолюции легализуют Нагорный Карабах как сторону переговоров с юридической точки зрения.
Что касается последнего предложения сопредседателей Минской группы ОБСЕ в Рамбуйе о проведении нового референдума по статусу НКР, то это, по-моему, капкан. При новом референдуме будет размыта правовая база для признания независимости НКР. Таким образом фактически аннулируются итоги референдума о независимости НКР 1991 года. Этот шаг можно расценивать как уступку со стороны Азербайджана, однако это не так. В этом смысле условия по проведению (или не проведению) референдума должна ставить НКР. Нужно «придумать» юридическую формулу для перемещенных лиц и беженцев – этим может заниматься только министерство внутренних дел НКР.
(?)Что изменилось за последние годы в процессе урегулирования?
(!)За последние 7-8 лет произошло изменение формата переговоров по мирному урегулированию нагорно-карабахского конфликта. В данном случае имели место как субъективные, так и объективные факторы. В 1998 году в Армении к власти пришел новый президент Роберт Кочарян и, естественно, изменилась внешняя политика государства. Новые власти проводили и проводят политику двусторонних переговоров между Арменией и Азербайджаном, что весьма выгодно противной стороне. По сути, изменилась методология конфликта. Азербайджан стал говорить об Армении исключительно как о стране-агрессоре. Азербайджанцы так много об этом говорили, что даже сами в это поверили.
Каждая новая встреча президентов двух стран и посредников только легализировала новый формат. МГ ОБСЕ с удовольствием приняла эти изменения – одной головной болью стало меньше. Но не стоит забывать, что под Бишкекским соглашением о прекращении огня стоит три подписи: Армении, Азербайджана и НКР. А что касается участия в переговорах так называемой «азербайджанской общины» Нагорного Карабаха во главе с Низами Бахмановым, то это вообще нонсенс. Низами Бахманов – не юридическая сторона конфликта и никаких прав представлять кого-либо не имеет.
(?)Чего можно ожидать, если конфликт перейдет в военную фазу?
(!)В настоящее время очень важно не делать резких движений, не делать громких заявлений. Широкомасштабные военные действия могут изменить формат переговоров. Возникнет совсем другое поле, где нагорно-карабахский конфликт будут решать совсем далекие от конфликта страны. Чего, кстати, добивается Азербайджан, пытаясь перевести вопрос в ООН, говоря, что формат МГ ОБСЕ себя исчерпал.
Я хочу напомнить, что принцип права наций на самоопределение в ООН сейчас перешел в право народов. Любое изменение формата или течения конфликта требует новой юридической основы. В этом случае, Армению и НКР может ждать наихудший сценарий – нечто подобное Московскому договору 1921 года между Советской Россией и Турцией, или пакт «Молотов-Риббентроп”.
